Кость бледная  - Рональд Малфи

– Так что же, Галло?

– Можете отвезти меня обратно в мой номер, спасибо, – сказал он.

Он отвернулся и уставился в окно, поэтому Валери Драммелл не увидел, как самообладание покинуло Пола. Ему было плохо. Он чувствовал, что сбился с пути и беспомощно кружится в пустоте. Ночи будут становиться все длиннее и холоднее, а он так и продолжит кружиться, кружиться, кружиться. «Ты все еще можешь бросить якорь», – сказал он себе, стараясь разглядеть в зеркало заднего вида примерное местонахождение дома Мэллори, на который указал Драммелл. Он был там. Позади. В лесу.

– Послушайте, – произнес Драммелл, останавливаясь у «Синего Лося»; машина работала на холостых оборотах, и кабина наполнялась вонью горящего моторного масла, – я понимаю, вы должны делать то, что считаете правильным. Но если хотите моего совета, позвоните в полицию. Пусть Фэрбенкс разбирается с этим. Без обид, Галло, но вы не производите впечатления парня, который был бы счастлив застрять тут на всю зиму из-за снегопадов. Сматывайтесь. Если узнаю что-нибудь о вашем брате, я сам вам позвоню. Слово даю.

– Да, вероятно, вы правы, – ответил Пол и вышел из пикапа.

– И давай не будем разгуливать сегодня ночью, а? – добродушно усмехнулся офицер.

– Да. Хорошо.

Пол захлопнул дверь и смотрел, как Драммелл разворачивается на дороге. Автомобиль вздрогнул и отрыгнул из выхлопной трубы серый дым, а Пол следил за ним взглядом, пока пикап не исчез за соснами.

Галло повернулся к гостинице и уже поднимался по ступенькам, когда услышал резкий металлический звон. Он прозвучал очень близко – с другой стороны здания, или, по крайней мере, так казалось.

Прежде чем он успел спуститься с лестницы, раздался второй, более глубокий, словно молотком ударили по гонгу. Затем послышался пронзительный смех.

Пол обошел гостиницу и увидел троих детей, швырявших камни в «тахо». Заднее стекло автомобиля покрылось сеткой трещин, а корпус выглядел так, будто его расстреляли картечью.

– Эй! – крикнул Галло.

Дети обернулись, и улыбки сползли с их бледных лиц. При одном взгляде на Пола их глаза выпучились. Руки, одетые в перчатки, уронили оставшиеся камни на землю. Самому младшему из детей было лет семь, двум другим – девять или десять. Все они казались напуганными.

– Какого черта вы тут делаете?

На макушках у ребят были все те же маски из шкур. Двое старших натянули их на лица и бросились наутек через дорогу, выбивая кроссовками комья грязного снега, и не притормозили, когда Пол крикнул им вернуться. Оставшийся малыш сумел нацепить на лицо маску, только ему не удалось выровнять прорези для глаз. Он тоже развернулся и побежал, но одолел всего пару футов, когда зацепился своим огромным сапогом за валявшуюся ветку дерева. Мальчишка растянулся на земле. Падая, он выставил вперед руки, но Пол увидел, как голова малыша врезалась в кучу камней, которую дети использовали как боеприпасы против «Тахо». То, что ребенок не закричал, обеспокоило Галло. Он бросился к мальчику и помог ему перевернуться на спину. Малыш не потерял сознание – его зубы были стиснуты, губы сжались от боли. Пол снял с лица ребенка маску и увидел синяк, который уже начал проступать с правой стороны лба.

– Ты в порядке?

Малыш заморгал. Сквозь стиснутые зубы вырвался тихий хрип. Страх в глазах сменился недоумением. Он замахал на Пола рукой, изо всех сил пытаясь сесть.

– Успокойся, парень.

– Уйди! – закричал малыш.

Он повернулся на бок, а потом разрыдался. Подтянул к груди правое колено и схватился за лодыжку.

– Полегче, – успокаивал его Пол.

Он положил руку на плечо мальчику, а тот повернул голову и уставился на него. В глазах его застыл неподдельный ужас. Пол убрал ладонь и поднял обе руки, сдаваясь.

– Я не причиню тебе вреда.

– Нет, – ответил мальчик, – причинишь.

Пол покачал головой. Он взглянул на растрескавшееся заднее стекло «Тахо» и помятые крылья. Малыш ощупывал свою макушку в поисках маски, которой там больше не было.

– Давай осмотрю твою лодыжку.

Пол потянулся к ступне мальчика. Тот отодвинул ногу подальше.

– Все в порядке, – сказал Пол. – Просто дай мне взглянуть.

Нога ребенка замерла, и Галло обхватил его ступню рукой. Он задрал штанину и увидел, что лодыжка уже начала опухать.

– Можешь пошевелить ногой?

– Больно.

– А ты попробуй.

Малыш, морщась, повернул ногу.

– Не сломана, – сделал вывод Пол, – просто вывих. Но тебе повезло, что не потерял сознание. Как тебя зовут?

– Тоби, – ответил мальчик, его голос был тихим, а во взгляде, прикованном к Полу, все еще бушевал страх.

– Почему ты с друзьями бросал камнями в мою машину?

– Чтобы ты уехал.

– А почему ты хочешь, чтобы я уехал?

– Потому что ты белый.

Пол нахмурился. Этот паренек был куда бледнее, чем он.

– Ничего не понимаю.

– Ты собираешься забрать меня? – спросил малыш.

– Конечно, нет. С чего ты так решил?

– Так другие мальчишки говорят.

– Что я заберу тебя с собой?

– Что ты заберешь любого из нас. Если мы подойдем слишком близко. Что ты нам навредишь.

– Почему же ты думаешь, что я так поступлю?

Дыхание Тоби вырывалось изо рта клубами пара.

– Потому что ты белый, – повторил он.

– И ты тоже.

Мальчик покачал головой. Пол посмотрел через дорогу, в том направлении, куда убежали другие дети.

– Ну и друзья у тебя, – сказал он. – Где ты живешь?

Малыш ткнул на неопрятный типовой дом по другую сторону дороги, у края леса. В одном из окон горел свет.

– Давай я помогу тебе добраться.

Глаза ребенка широко распахнулись.

– Все в порядке, – заверил его Пол.

– П-п-почему ты вернулся? – дрожа, спросил Тоби.

– О чем ты? Откуда вернулся?

Взгляд мальчика метнулся к лесу за церковью, прежде чем снова приклеился к Полу.

– Оттуда, – ответил Тоби, – из леса. Я видел, как ты выходил.

Пол догадался, что тот заметил его сегодня утром, когда он спускался по тропинке из-за церкви. Но отчего это так напугало ребенка, он не понимал. «Опять суеверия», – подумал Галло. Или паренек ударился головой сильнее, чем казалось на первый взгляд.

– Что ты имел в виду, назвав меня «белым»? – спросил Пол.

– Бледную кость, – ответил Тоби. – Внутри тебя дьявол.

– Да? И почему ты так решил?